Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Давно это было? — Гедимин кивнул на вентиль.
— Минут сорок назад, — отозвалась одна из самок. — И пять минут мы прыгали вокруг. Думала, весь дом смоет.
— Потом напор спал? — сармат заглянул под сдвинутую крышку люка, ведущего во внутренние туннели. Там в свете фонаря блеснуло продолжение трубы и три вентиля в ряд — каждый в метре от предыдущего. «Эти выдержали,» — сармат тронул пальцем место возможного прорыва и довольно хмыкнул. «Значит, через пять минут напор спал. Иначе рвануло бы и тут. Их счастье, что не хватило сил закрутить вентили…»
— Там цистерны, — буркнул он, выбравшись из туннеля. — Были полные. Теперь всё вытекло. Где автономка теперь берёт воду?
Самки ошеломлённо переглянулись.
— Цистерны водосбора⁈ — одна из них, шумно сглотнув, вынула из кармана мокрый, но исправный передатчик. — Джой, готовься, я звоню шерифу.
Гедимин, склонившийся было над лопнувшей трубой, растерянно мигнул.
— Зачем шериф?
Самка с передатчиком уже поднялась в относительно сухой коридор; ответил сармату молодой самец, вставший над ним с мотком ветоши на руке.
— Чтобы не обвинили в краже воды. Цистерна-то вытекла, и в нашу сторону. В автономке сейчас пусто — все на работе. Как только вернутся, начнётся шум. Если они нас залили — они нам заплатят. А если приплетут кражу воды, мы с ними три года будем судиться. Пусть Фостер приезжает. Он такой ерунды не допустит.
Фостер не задержался — сармат едва успел заварить трубу и послать охранника (самого ненужного свидетеля) за полосой уплотнителя. Вентиль ещё годился в дело — Гедимин разобрал его, почистил, вытер и только собрался ставить на место, как сверху послышался грохот стальных «копыт» и «сапог».
— Гедимин Кларк? — патрульный, остановившись на средней ступеньке лестницы, мазнул по шлему сармата лучом считывателя. — Поднимайся, дашь показания.
Гедимин качнул головой.
— Я работаю, — он поднял на ладони деталь вентиля и показал человеку. — Надо — спускайся, говори здесь.
Патрульный ушёл. Сармат подумал, что его оставили в покое, но минуту спустя снова загрохотали «сапоги».
— Могу и спуститься, — Чарльз Фостер, сойдя в затопленный подвал, смерил ремонтника хмурым взглядом. — Гедимин Кларк… механик с базы «Маккензи»? Ты на хорошем счету. Мы проверили вызов — ты приехал через полчаса после аварии. Так что можешь спокойно рассказывать. Что ты увидел, когда приехал?
— Воду, — отозвался Гедимин. — Лужи вдоль здания. Очень много воды. И снаружи, и внутри. В здании самки, наверное, прибрались. А тут осталось столько же, сколько было. Посмотри под ноги.
— Я заметил, — спокойно сказал Фостер. — Тебя привели сюда. Что ты увидел?
Прошло двадцать минут, прежде чем Гедимин вернулся к ремонту; патрульные обшарили подвал сверху донизу и даже, забрав у сармата собранный вентиль, положили его туда, где он валялся, и так сфотографировали. Гедимин думал, что они заберут его в участок — либо вентиль, либо сармата, либо и то, и другое, но через двадцать минут Фостер выгнал патруль из подвала и вышел сам, оставив ремонтника в одиночестве. Потом прибежал местный самец с купленными запчастями, и дело пошло быстрее. Десять минут спустя Гедимин уже выходил из осушенного подвала и слышал, как тихонько гудит от напора заделанная труба. Воду он включил, предупредив, что если авария повторится, то лучше потерять по второму разу внешний вентиль, чем барьер между веткой и магистралью. Одна из самок проводила его в вестибюль; там уже было сухо, снова зажгли подсветку и спустили до пола подсохшие занавеси; об аварии напоминал только запах непонятных веществ, чуть более резкий, чем обычно.
— Открываемся, — сказала самка, из комбинезона переодевшаяся в красное платье. Гедимин вспомнил её лицо, ещё недавно покрытое мелкими каплями влаги; сейчас кожа, виднеющаяся из-под белой полумаски, была сухой и гладкой, а улыбка — безмятежной. Едва охранник открыл дверь и убрал красную табличку, на порог ступил человек в странной многослойной одежде, а за ним — ещё двое, самец и самка. Гедимин отошёл от стойки записи, намереваясь выйти, но его поймали за локоть.
— Вы нас здорово выручили, мистер Джед, — прошептала в наушник Джой, переодевшаяся в белое многоярусное платье. — И так быстро! Может, чаю?
Гедимин качнул головой.
— Я поеду. Работы много.
Джой усмехнулась, пристально глядя ему в глаза.
— Чай — всего лишь чай, мистер Джед. Могу послать во «Фьори» за пирожными. Или вы любите бургеры?
— Я не ем вашу еду, — буркнул сармат. — А тебе надо работать.
Самка оглянулась на посетителей — перед ними уже подняли завесу, и они вошли в раздевалку.
— Наплыва не будет. Авария почти всех распугала. До вечера у нас тут тишина и покой. Что едят сарматы?
Из соседнего коридора выглянула ещё одна самка, подмигнула Гедимину и скрылась. Сармат недовольно сощурился.
— Мне тут не нравится. Это место для людей. И потолок низкий.
Джой усмехнулась.
— Да, это верно. Охранники часто жалуются. Может, открыть вам купальню? Душ после работы ещё никому не повредил.
Гедимин вспомнил местную купальню и порадовался, что его кожа неспособна краснеть.
— Нет, — он с тоской посмотрел на закрытую дверь. Стряхнуть самку с локтя было проще простого — она толком и не держалась, но удирать оттуда, где нет никакой опасности, было как-то… странно.
— Ну что же, — Джой выпустила его руку и снова усмехнулась — что-то в этой ситуации её развлекало. — Идите, мистер Джед. Мистер Маккензи клялся, что мы можем на вас рассчитывать, а это здание очень плохо восстановили. Думаю, мы скоро встретимся.
…Кенен, выйдя к главному шлюзу, при виде Гедимина всплеснул руками.
— Уже не надеялся увидеть тебя живым! — его взгляд был угрюмо-подозрительным. — Как провёл время?
— Полчаса болтал с шерифом, — буркнул Гедимин, отодвигая Кенена с дороги. — Доказывал, что самки не крали воду. Иди ты на Плутон со своим «Сю»!
