Фантастика 2025-96 - Ким Савин

– Ты помнишь, что сегодня день платежей?

– Платежей? – недоумевал я. – Нет, я забыл…

– Как и прошлый раз! – скривился он. – Навлечешь на себя беду, тем более после вчерашнего!

День платежей, о котором Рэй говорит мне шепотом. Хм… Неужели буллинг в школе разросся до такой степени, что старшие снимают поборы с первогодок? Я думал, что такое только в фильмах бывает. Я огляделся, слишком много лишних ушей.

– Рэй, давай выйдем… – попросил его я. – Нужно поговорить.

– Икари, я не смогу тебе сегодня помочь! У меня у самого денег не хватает!

– Я не о том, мне нужно у тебя кое-что спросить.

Он нехотя кивнул, я последовал за ним в коридор и на лестничный пролет. Здесь было тихо: на четвертом этаже находились кабинеты клубов, и с утра сюда практически никто и не захаживал.

– Рэй, слушай, а может, обратимся с нашей проблемой к семпаю? – начал я издалека.

– Ты совсем сдурел? – испуганно вскрикнул он. – Лучше уж с крыши, как ты вчера… Ты хоть представляешь, что с нами сделают?!

– И какой сбор? – поинтересовался я.

– У тебя голова дырявая?! 500 йен, каждую неделю по четвергам. Деньги небольшие, взамен за то, чтобы избавиться от проблем, поэтому платят все.

– Но обирают же только нас! – блефовал я.

– Ага, конечно… Большинству приходится выкладывать свои кровные. В прошлом месяце девочка из параллели отказалась, так они сожгли её шкафчик со всеми вещами.

– Я не знал, что девочки тоже платят...

– Не все, но большинство

– А у парней исключения есть?

– Из класса только Ягами не трогают.

А вот это звучит интересно. Рэкет распространяется на многих парней из нашего класса. И не только нашего. И все молчат.

Баку не смог бы добиться этого самостоятельно, слишком тупым он выглядел. Скорее всего, за его наглостью кто-то стоит. Кто-то более опасный, чем этот балбес и его банда.

– А почему Ягами не трогают?

– Он же… – он вдруг резко замолчал, будто язык прикусил. – Да что с тобой, Икари?! Ты же все это и так знаешь! К чему допросы?

– Рэй-чан, я устал притворяться… – вздохнул я. – Меня так сильно стукнули вчера, что я до сих пор собраться не могу. Стал рассеянный.

– Это мягко сказано… Тебе нужно к врачу.

– Был вчера. Она сказала, что это пройдет. Что некоторые детали просто выпадут из памяти, но это временно.

По его глазам я видел, что он мне не верит, слишком умным он был, этот Рэй. Но что он мог поделать? Но и мне его донимать становилось опасно, я выглядел более чем подозрительно.

– Мы об этом не говорим, понял? – прошипел он. – Запомни только одно, – если не будем платить, сэнпай…

– Вот ты где! – перебил его чей-то неприятный голос.

Вашу мать! Дайте мне с очкастым поговорить спокойно, он только начал колоться!

По лестнице поднимался парень с нашивками второгодки. Высокий, но худой, с крашенными в белый цвет волосами.

– Икари-чан, я тебя обыскался, – осклабился он.

По побелевшему лицу Рэя я понял, что блондин не из хороших парней.

– Каори-сан, мы просто… – промямлил мой слабохарактерный дружбан.

– Заткнись, Рэй! Я не с тобой разговариваю! Пошел вон отсюда! – рявкнул блондин.

Очкастый в панике уставился на меня, не зная что делать. С одной стороны, он хотел сбежать, с другой, не желал выглядеть трусом в моих глазах.

Мне он был больше не нужен, неожиданно в голове возник новый план, который казался слишком веселым, чтобы его не реализовать. Я лишь успокаивающе кивнул ему и мой верный соратник пулей слетел по лестнице и дал деру, даже не оглянувшись.

Блондин загоготал, да и мне, признаться, этот побег показался забавным.

– А ты чего лыбишься, а? – заорал Каори на меня.

Я подавил усмешку и сделал смущенный вид. Парень вальяжно подошел ко мне вплотную и положил руку на плечо.

– Я слышал, ты вчера сорвался. Напал на Горо-сана, глаз ему повредил...

Я промолчал в ответ. Он некоторое время пытался заглянуть мне в глаза, а потом продолжил.

– Парни видели тебя вчера на крыше, говорят ты чуть не прыгнул. Довели тебя, да? Вот ты и взорвался, ха. Знаешь, как теперь тебя называют? – Бешеный ботаник! – Он опять расхохотался, только в этот раз мне в лицо. Запах его несвежего дыхания вызывал тошноту, я с трудом сдерживал руку от удара. – Но я все равно буду звать тебя Тряпкой.

Он отпустил меня и подошел к окну, залез на подоконник, свесив ноги.

– В общем, у каждого бывают срывы, да? Поэтому Баку готов тебя простить. Сегодня на длинной перемене придешь к зданию спортзала. Если извинишься, как положено, на коленях, то бить тебя не будут. Понял?

– Понял.

– Придешь?

– Приду.

– Хорошо, я так и думал. И ещё один момент, – Горо требует компенсации за травму глаза, и Хироко-сан тоже, но за сломанный нос. Поэтому сегодня мы поднимаем плату лично для тебя. Нужно заплатить штраф.

– Сколько?

Он важно поднял пятерню.

– Пять сотен?

– Пять тысяч, осел, – хмыкнул он. – Пять тысяч йен. Мы ведь тебя никогда сильно не били, жалели, даже защищали, можно сказать, а ты в ответ вот так… Так что придется расплатиться, а иначе тебе лучше вернуться на эту крышу и прыгнуть, потому что, если ты не принесешь деньги, то будешь рассчитываться пальцами. Ах и да, если пойдешь к учителю, ты знаешь, что будет, правда?

– Деньги у меня, – сказал я. – Могу отдать сейчас, если поговоришь с Баку и попросишь меня не бить.

– Так что ты сразу не сказал, дружище! – глаза блондина жадно заблестели. – Давай их сюда.

– Нет, – мотнул я головой. – Здесь слишком опасно, мало ли кто увидит.

– Да давай сюда, не бойся.

– У меня мелкие купюры, долго пересчитывать. Идем наверх на четвертый, в туалет. Там сейчас точно никого нет.

– Ох ты… – Он лениво потянулся. – Ладно, пошли. Все равно курить хочется.

Мы поднялись на этаж и дошли до двери туалета.

– Пройди вперед, посмотри, нет ли там никого, – попросил я.

Он презрительно цыкнул, но вошел первый. Сделал