'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников

время уже клонилось к ужину. Есть у нас, конечно, было нечего, готовящиеся к шторму моряки ничего не добыли, да и я думала о другом, а к голоду я как-то не привыкла, но делать было особо нечего, из морепродуктов под рукой был только Кракен, а его было жалко.

И все было бы ничего, я почти не устала держать стену, но тут я ощутила какое-то давление. Я дернулась, удивленно обернулась. Там, за стеной воды было видно темно-серые тучи, низко висящие над стального цвета водой, тонкую полоску светло-серого неба под ними, и несколько черных столпов, как их рисуют в голливудских фильмах — смерчи.

Глава 27

Люди тоже заметили смерчи за стеной воды, те двое, что пришли последними, принялись причитать и, кажется, молиться. Первый Помощник сплюнул в сторону:

— … место, — первое слово я не поняла, поэтому переспросила у Маруса. Из его сбивчивых объяснений и больше эмоций я поняла, что это вроде бы «проклятое». Вот почему здесь так редко бывают корабли, а основные морские пути проведены в обход, а я-то удивлялась раньше.

Не знаю, возможно ли, что это Храм так влиял на эти места или что-то другое. Казалось бы, смерчи — это не сила Воды, а Воздуха, я это чувствовала, но, чем черт не шутит, быть может это я виновата в его возникновении. Или просто место природных аномалий тут поблизости.

Гадать об этом можно было много, а тем временем один из смерчей начал медленно, но верно приближаться к нашему берегу, а два других слились в единое целое. Я пыталась сообразить, что знаю об этих природных явлениях, но понимала, что поразительно-мало. Вроде бы они возникают из-за разницы температур? Или нет. Ох, физика никогда не была моим коньком.

Я еще пыталась что-то сообразить, когда огромная воронка врезалась в водяную стену, и я ощутила всем существом, как вода прогибается под нею, будто мне на спину вдруг сбросили огромный мешок картошки, заставляя согнуться к земле.

Люди закричали, увидев эту картину, а я поняла, что смерч сейчас перемахнет через мою стену. Поднимать ее выше в таких условиях было невозможно, и я накрыла нас волной сверху, словно ребенок, закрывающийся одеялом от придуманных монстров. Люди кричали, я же наращиивала толщину водяного покрова, делая его максимально пологим, чтобы смерчу не за что было зацепиться. Соприкасаясь с водой, он и так легко уносил ее капли, она не была чем-то единым, лишь моя магия держала основную массу.

Я бросила воды в костер, туша огонь, чтобы не расходовать кислород хотя бы на него. Люди в ужасе смотрели вверх, на огромные массы воды, которые, упав на них сверху, несомненно, грозили гибелью. Впрочем, как и торнадо. Словно рассвирепев от невозможности достать нас, смерч принялся вгрызаться в водяной кокон и плеваться молниями, а я поняла, что сама моя сила привлекает его, сама масса воды, вздыбленая над океаном, влечет, как одинокое дерево в степи привлекает молнии.

Заряд ударил совсем близко, и я ощутила отголосок электрического удара. Слабый, но мне хватило.

Я выругалась, и волна выбросила меня на камни. Люди отползли, давая пространство. Следом за собой выхватила из моря укутанного в водный шар Кракена, хорошо, что он послушался меня и стал довольно мал, не больше крупной собаки. Я подвесила его шар над землей, но ему не понравилось место, и он вытащил из него щупальца и с их помощью принялся передвигаться, перетягивая водный шар туда-обратно, подползая то к одному человеку, то к другому, заглядывая им в лица — и верно, он никогда прежде так близко не видел людей, от него веяло любопытством. Чтобы точно никому не прилетело молнией, я максимально лишила влаги все пространство вокруг и немного раздвинула купол, чтобы никто не касался воды.

Я пыталась сообразить, что делать и наращивала толщину купола над нами, а смерч вгрызался в него с остервенением и плевался молниями направо и налево. Разве так должно быть? Ох, я не знаю, не достаточно знаю физику, да еще и местную, магическую. Кое-как собрала мозги в кучу и оглядела людей:

— Дышите медленно. Вдох-выдох, вдох-выдох. Лучше не говорить. Расслабиться, не двигаться. Лучше всего — лечь, — я не могла сообразить, как сказать им, что надо тратить меньше кислорода, не уверена, что у них есть это название в принципе.

Вот Кракен вообще ничего не боялся и бояться не собирался — не то мне доверял, не то верил, что в любой момент сможет стать большим и вытащить меня отсюда, а на людей ему плевать. Он как раз пришлепал к очередному человеку и принялся с интересом тыкать щупальцами в блестящую пряжку на его ботинке.

— Мы все умрем! — вдруг заорал тот и в панике рванул прямо в водяную стену.

Я успела только выругаться на земном, но повезло — двое коллег по несчастью схватили психа и повалили на землю. Не мудрствуя лукаво, принялись вязать руки и ноги скулящего человека собственными поясами.

— Слушаться Арину, — рыкнул на остальных капитан Гарт. — Дышать медленно, лечь и ждать. Этот смерч размажет нас по камням или разорвет на части, так что слушайте, что говорят! Не паниковать!

Взбодренные руганью Гарта и наставительными рыками Первого Помощника, люди начали укладываться на камни, а я еще немного понизила потолок, стараясь сделать снаружи горб нашего укрытия более пологим, но, к моему сожалению, смерч не отставал и уходить мимо почему-то не желал, да еще и второй, объединивший в себе силы целых двух торнадо, медленно приближался.

— Нас размажет, нас точно размажет, — тихонько причитал один из людей, но сосед молча зажал рот паникеру.

Чем сильнее ярился торнадо, тем острее я ощущала, что моих сил не хватает, недостаточно, всего этого было просто недостаточно. Скоро и воздух в нашем пузыре кончится, а создать проход для него — значит нарушить целостность защиты, которую и так молниями прошивает практически насквозь. Сам берег, на котором мы сидели, его камни, мне мешал. Это было ошибкой, надо было действовать совсем не так — чуяла я.

Все же напуганный происходящим Кракен прижался к моему хвосту маленьким мокрым шариком в своем подвижном аквариуме.

«Уйдем на дно, здесь страшно, — предложил он, — они хотят чего-то от нас, они хотят сожрать нас».

Как уйти, бросив людей? Да, я практически никого из них не знала по имени, точнее, знала имена, которые называл иногда Марус, но для меня они оставались незнакомцами, ведь мы никогда не общались. Но они были людьми.