'Фантастика 2025-65'. Компиляция. Книги 1-29 - Виталий Свадьбин

Цуруко поспешно замахала руками и с улыбкой сказала:

— Вам не нужно этого делать, директор Цуёси. Я не умею петь и танцевать, я могу просто наблюдать рядом с Синдзиро-сан.

Надежды Цуёси рухнули, и он почувствовал, как внутри него закипает гнев.

Он знал, что Цуруко была застенчивой девушкой, поэтому изобразил великодушную улыбку:

— Хорошо, тогда можешь сесть рядом с ним. Если тебе что-то нужно, не стесняйся спрашивать.

Это хлыщ меня уже порядком выбесил. Поэтому я придумал способ, как утереть ему нос.

Я рассмеялся и предложил:

— Почему бы нам для начала не заказать несколько бутылок вина? Это оживит обстановку и придаст нам энергии для пения.

Цуёси про себя презрительно скривился, ругая меня за попытку воспользоваться ситуацией.

Но несколько бутылок вина для него ничего не значило, и он небрежно махнул рукой, улыбаясь:

— Конечно, Синдзиро, заказывайте любое вино, какое хотите.

Все остальные учителя за столом были в восторге. Хоть они и были обеспеченными людьми, но бесплатная выпивка всегда приносила им большую радость.

С почтительным видом я вышел искать официанта.

Поговорив с ним, я вернулся к столу и сел рядом с Цуруко, улыбаясь:

— Господин Цуёси — настоящий щедрый человек, я заказал пять бутылок вина, но не уверен, хватит ли этого.

Цуёси усмехнулся про себя. Видимо он считал, что цена за пять бутылок не большая сумма.

— Синдзиро, вы слишком скромны. Пяти бутылок явно будет недостаточно, позже нужно заказать ещё.

Официанты в «Сакуре» работали быстро, и вскоре мы получили бутылки вина, охлаждающиеся в ведерке со льдом. Все были поражены: пять бутылок французского красного вина 1988 года! Это вино из Бордо, выдержанное десятки лет, стоило больше ста тысяч йен!

Цуёси, лучше всех знавший цены на выпивку, не мог поверить, что я заказал не дешёвое вино. Он ожидал обычное вино, за десять тысяч йен за бутылку.

Наблюдая, как один миллион йен вылетают из его кармана, Цуёси чуть не закипел от злости.

— Всё благодаря Цуёси, я и не мечтала пить такое вино. — Несколько проницательных учителей поняли мой план и начали рассыпаться в похвалах.

Цуёси натянуто улыбнулся и махнул рукой:

— Это ничего, главное, чтобы все были счастливы.

Его настроение испортилось, как будто он попал в шторм. Он внимательно следил за мной, когда я болтал с другими учителями, и думал о том, как меня наказать.

Учителям же было наплевать, они пели и танцевали. Если бы ученики увидели их сейчас, то не поверили бы своим глазам.

Цуруко тихо сидела на диване, ела фрукты и слушала. На её лице была лёгкая улыбка, но она не участвовала в пении.

Цуёси, успокоившись, заметил, что Цуруко увлечена происходящим, и решил воспользоваться моментом.

Взяв микрофон, он объявил:

— Сегодняшняя вечеринка посвящена нашей учительнице Цуруко. Как директор, я хочу спеть песню только для Цуруко, чтобы выразить свои чувства.

Все учителя знали, что Цуёси влюблён в Цуруко. Они начали аплодировать и подбадривать его.

Цуруко смутилась и посмотрела на меня, но, увидев, что я никак не реагирую, немного расслабилась.

Цуёси, полный эмоций, выбрал песню. Пел он хорошо, несмотря на пару фальшивых нот, и вложил в песню всю свою душу. Любая девушка была бы тронута его исполнением.

Учителя аплодировали и подбадривали его, Цуруко тоже хлопала в ладоши и поблагодарила.

Цуёси был доволен собой, но заметил, что я не хлопаю, а только наливаю себе.

Это разозлило его ещё больше, и он с ухмылкой сказал:

— Синдзиро, вы ещё не пели. Может быть, споёте и порадуете всех?

Это был удар под дых, ведь Синдзиро на ухо наступил медведь. Точнее это была панда, наверное.

— Э-э-э, — я нахмурился, поставил бокал и неуверенно улыбнулся. — Думаю, в этом нет необходимости. Я не настолько хорош в пении.

— Как можно так говорить? Пой, хорошо это или плохо, неважно — главное, чтобы ты участвовал! — Цуёси увидел возможность меня унизить и тут же воспользовался ею. — Как только господин Синдзиро споёт, мы пригласим Цуруко спеть тоже. Что думаете?

Цуёси оплатил все еду и напитки для учителей, поэтому они сразу согласились на его предложение. Все начали кричать, призывая меня и Цуруко петь.

Цуруко не осмеливалась петь, но ей хотелось услышать мой голос. Ведь когда женщина без ума от мужчины, она хочет знать о нём всё.

— Как насчёт того, чтобы ты просто спел, Синдзиро-сан? Неважно, если ты плохо поёшь, главное — всех развеселить, — подзадорила меня Цуруко.

У меня больше не оставалось выбора.

Глава 21

Серьезное решение по бизнесу

Почесав затылок, я взял микрофон, медленно встал и сказал:

— На самом деле, я практически не знаю местных популярных песен. Пожалуйста, позвольте выбрать песню из другой страны…

— Господин Синдзиро вы бывали за границей?

— Вы серьёзно? Он хорошо это скрывал!

— Эй, хвастаться нехорошо!

Учителя сразу закричали, сомневаясь, что я вернулся из другой страны. Иначе как бы я мог работать в небольшой компании!

Цуёси почувствовал, что я пытаюсь увильнуть, и, гордо улыбаясь, сказал:

— Ничего страшного, господин Синдзиро может выбрать иностранную песню.

— Правильно, правильно! — учителя заинтересованно закивали.

Я прочистил горло и, смиренно улыбнувшись решил спеть русскую частушку:

— Прошу прощения, я собираюсь петь…

Когда заиграла музыка, я начал петь. Мой голос с лёгкой хрипотцой идеально подходил к песне, и все погрузились в красивый и трогательный пейзаж.

На востоке есть страна,

Где сакура цветет.

Там традиций глубина,

Самурай в бой идет.

Рыбка фугу на столе,

Чайный ритуал.

В кимоно красавица

Светит, как кристалл.

Гейши там поют для нас,

Ветры с гор несут рассказ.

Япония — чудесный край,

Здесь найдешь ты дзен-рай!

Все присутствующие смотрели на меня с широко раскрытыми глазами. Цуёси почувствовал, будто у него в горле застряло куриное яйцо.

Музыка и мой голос погрузили всех в мелодичный и трогательный мир. Когда песня закончилась, все, кроме Цуёси, громко зааплодировали. У Цуруко даже глаза увлажнились, и она улыбалась от счастья.

Я был немного смущён и отказался петь ещё одну песню, сказав:

— Пение слишком утомительно.

На этот раз никто не думал, что я боялся быть униженным.

Вечер прошёл весело, но Цуёси, заставлявший себя смеяться, постоянно проклинал меня.

Поскольку на следующий день всем нужно было идти на работу, решили разойтись до десяти вечера. Когда все выходили, лица у всех были слегка