Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Приказ Маркуса Хойда от семнадцатого июня позапрошлого года, — пробормотал Вигарт, дочитывая что-то с экрана передатчика. — Ну да, я знал, что на эту тему что-то есть.
Капитан «Феникса» вздрогнул.
— О чём речь, вице-адмирал Вигарт?
— «Сарматов, уличённых в пособничестве людям, в ущерб своей расе или без оного, отправлять на урановые рудники Кагета вместе с военнопленными, пересылаемыми на Кагет в рамках программы освоения планеты,» — процитировал сармат. Элджер сверился с передатчиком и закивал.
— Барк на Кагет ждёт конвоя. К вечеру уйдёт. Туда его? — он переглянулся с капитанами.
— Решено, — кивнул Диамайн. — Элджер, зачитай решение.
— Не люблю я это дело, — пробормотал комендант, поднимаясь на ноги. — Малая тройка рассмотрела дело и вынесла приговор: преступный сармат Гедимин Кет отправляется на урановые рудники Кагета, бессрочно или до тех пор, пока дело не будет пересмотрено. Барк в семнадцатом доке по правому крылу. Конвой выделить, или сами справитесь?
Гедимин мигнул. «Не расстреляют. Снова буду добывать уран,» — он криво ухмыльнулся, покосившись на Стивена. Тот, к его удивлению, вовсе не выглядел расстроенным, что расправа сорвалась, — напротив, он улыбался.
— Tza atesqa! — он вскинул руку. — Приговор будет исполнен немедленно.
…Гедимин узнал этот барк, едва выйдя из шлюза в один из гулких переходов между трюмами. Точно такие же рудовозы — трофейные корабли, захваченные в Аргентине — он видел однажды в доках «Мары». Сейчас он попал внутрь, и ему там сразу не понравилось.
— По приговору малой тройки, — сказал Стивен сармату в сером «Гарме», шагнувшему навстречу. Тот скользнул по Гедимину неприятным взглядом и ухмыльнулся.
— Пособник? Это дело… Почему не расстрелян?
— Расе Eatesqa нужен уран, — отозвался Стивен.
— Здоровый амбал, — пробормотал «серый», внимательно посмотрев на Гедимина. — Поставлю на него пару затрещин.
— Без ставок, — недовольно отозвался другой сармат, высунувшись из трюма. — Сегодня идём безо всяких. Я в прошлый раз за вас огрёб.
По его знаку Гедимина, едва выпущенного солдатами Стивена, снова схватили, с силой выкрутив ему руки. Стальные «пальцы» больно врезались в тело — сарматы будто не надеялись удержать пленника и на всякий случай впивались в него когтями. Тот, кто встретил его на входе, втянул руку под наруч. Послышалось неприятное шипение.
— Чего встал? — обратился сармат, вылезший из трюма, к Стивену. — Ты сдал, мы приняли. Клеймо — и в трюм.
Стивен ухмыльнулся.
— Хочу посмотреть, как его клеймят.
Сарматы переглянулись.
— Руку! — скомандовал один из них тем, кто держал Гедимина. Ремонтник дёрнулся, едва не стряхнув с себя обоих экзоскелетчиков, но в него, всадив когти в спину, вцепился третий. Ухмылка Стивена стала ещё шире.
— Поставьте на лицо. Чтобы сразу было видно. Чтобы не пытался сбежать.
«Серый» щёлкнул языком.
— Жалеешь, что не дали расстрелять, а? Ладно, мне без разницы. Станнер!
Разряд вошёл в спину Гедимина чуть ниже шеи. Ему позволили упасть, но тут же столпились над ним, прижимая к палубе руки и ноги. Один из сарматов крепко взял его за подбородок, откидывая голову назад.
— Держи! — «серый» положил свободную руку Гедимину на глаза. Сармат почувствовал запах горячего металла и резкую боль чуть ниже левой скулы.
— В клетку его, — распорядился «серый», убирая руку с лица сармата. Тот мигнул и едва не зашипел от боли. Клеймо жгло так, что едва можно было терпеть.
— Секунду, — Стивен обошёл охранников, поднимающих Гедимина с палубы, и остановился напротив, пристально глядя ремонтнику в глаза. — Это тебе от меня, атомщик.
Он прижал «клешню» к свежему клейму. Гедимин стиснул зубы.
— Уводите! — «серый» грубо пихнул Стивена в грудь, оттесняя от заключённого. — В клетку, и без фокусов!
…Бронированная пластина лязгнула, входя в паз, и остановилась. Гедимин остался в полной темноте. Его втолкнули в узкую клетушку с размаху, и он непременно упал бы, будь там место. Места едва хватало, чтобы сидящий сармат наполовину распрямил ноги.
Ремонтник кое-как выпрямился, сел, прислонившись к стене, потёр онемевшие запястья и нащупал на них липкую жижу. Что-то липкое сочилось и по расцарапанной спине, — когти охранников проткнули комбинезон. Боли в руках и загривке Гедимин не чувствовал, но щёку жгло. Он прижался лицом к прохладной стене.
В трюме было относительно тепло — градусов пятнадцать, если не больше; в воздухе хватало кислорода, где-то сверху гудела вентиляция, прогоняя по трюму газовую смесь.
— Бросили в клетку, — послышался из-за переборки незнакомый голос. — А никого не выводили. Кто у них там?
— Может, из другого трюма, — ответили ему. Гедимин мигнул. Говорящих он не видел, но это определённо были не сарматы.
В переборку постучали.
— Эй, парень! — тихо окликнули его из соседнего трюма. — Ты там живой? Ты откуда?
— С Энцелада, — брякнул Гедимин, не подумав. За переборкой внезапно оборвались все перешёптывания.
— Теск! — выдохнул кто-то несколько секунд спустя. Трое или четверо вяло выругались и снова замолчали.
Гедимин постучал в переборку.
— Не бойтесь, — прошептал он. — Я тоже каторжник.
Из соседнего трюма донеслось несколько ругательств и возбуждённые реплики на непонятном языке. Гедимин выждал пару минут — никто больше не выходил с ним на связь. «Ожидаемо,» — подумал он, прислоняясь к переборке спиной и закрывая глаза. Щёку жгло и дёргало, потом к этим ощущениям добавился неприятный зуд, — регенерация шла полным ходом.
Прислушиваясь к непонятным репликам из соседних трюмов, сармат задремал. Разбудила его неожиданно вздрогнувшая палуба. За переборкой заволновались. Гедимин почувствовал знакомое давление на уши, — барк покидал базу, выходя из поля искусственной гравитации. «Сколько до Прожига?» — прикинул про себя сармат. «Минуты две-три…»
На барке включились гравикомпенсаторы, и Гедимина снова прижало к палубе. Он удивлённо мигнул. «Зачем гонять антиграв? Через минуту Прожиг, затем — посадочные манёвры. Пустая трата ресурса…»
Он снова прислонился к стене, ожидая предпосадочной тряски и давления на макушку, но ничего не почувствовал. Барк летел по прямой, постепенно набирая скорость. Гедимин выждал пять минут, затем десять, — корабль не собирался садиться, и на предпосадочные манёвры его поведение было непохоже. «Выходит на марш,» — понял он, удивлённо мигнув. «Куда он собрался? Ладно, на барке прожигателя нет, но у конвоя быть должен…»
Мимо, грохоча стальными «копытами», прошёл охранник-экзоскелетчик. Прислушавшись к шуму, Гедимин поморщился
