Фантастика 2025-96 - Ким Савин

вдовце. Уж не знаю, как он его лечил, только лен поправился. Сейчас совсем нормальным стал. Только так и не женился снова.

– Наверное, он до сих пор любит свою супругу, – вздохнула блондинка. – Каждое воскресенье ровно в полдень приносит розы на ее могилу. Она похоронена на городском кладбище.

– Да, это любовь, – пробормотала я, думая совсем о другом.

Какая интересная последовательность событий получается. У Вейна Хартингтона умирает жена, в Келтон приезжает Кулидж, они знакомятся, и Хартингтон выкупает санаторий, где работает Кулидж. А потом начинаются эксперименты с Гнилью. Только непонятно, как в эту цепочку вписывается Клайв Кэрлис. Явных связей между ними нет. Но Келтон – город маленький, тут все друг с другом могут быть знакомы. Может нэйтор Кэрлис вообще помог им с концентраторами, даже не зная, во что именно ввязывается. Пусть мы виделись всего несколько минут, мужчина совсем не кажется мне злодеем.

Хотя стоп… Я кое-что упустила. Если Кулидж пичкает людей Гнилью, ему эту Гниль явно нужно где-то доставать. То есть, ехать в очаг, наполнять концентраторы, а потом и «опустошать» их, перенося эту гадость в тело человека. Сам Кулидж не может это делать, он же не Чистильщик. Значит, ему помогает кто-то из наших. Все же Кэрлис? Хоть я совсем не представляю этого человека хладнокровно втыкающим концентратор в чужое тело, у него есть для этого все возможности. Он единственный, у кого они здесь есть. Ну или к Кулиджу приезжает кто-то из другого города. Надо бы написать Лаксу, вдруг кто-то в округе грешит слишком частыми командировками в Келтон.

И опять же, цепочка, которая выстроилась у меня в голове, имеет смысл только если мы не упустили никого из ранних жертв. Но об этом пусть думает Тагриан.

Переодевшись, я не пошла сразу в лечебный корпус, а решила поискать комнату с минеральным источником. Спасибо указателям, долго бродить не пришлось, и уже совсем скоро я входила в полуподвал с низким потолком. Здесь было красиво. Небольшие окна галереей шли под потолком, но света вполне хватало, чтобы рассмотреть все вокруг: стены и пол, выложенные разноцветной мозаикой, деревянные скамейки, небольшой шкафчик в углу и питьевой фонтанчик прямо по центру.

Я подошла к фонтанчику и осмотрела его со всех сторон. Никаких следов Гнили тут не было, ни пятен, ни запаха. Только чаша, украшенная лепниной, и три начищенных крана, из каждого бодро текла вода, если повернуть вентиль.

– Лена, может быть вам помочь? – Чужой голос чуть ли не заставил меня подпрыгнуть.

Я обернулась и увидела сухощавого пожилого мужчину, смотревшего на меня с доброжелательной улыбкой.

– Я смотритель источника, – пояснил он. – Вы ведь первый раз у нас? Не видел вас раньше.

– Да, – кивнула и повторила неизвестно в какой уже раз: – Я не местная, просто провожу в Келтоне отпуск.

– Понимаю. Хотите попробовать нашу воду?

– Хочу.

Мужчина достал из шкафчика одноразовый бумажный стакан и подал мне.

– Особого разнообразия, конечно, нет, но вода очень хорошая. Я пью ее постоянно и прекрасно себя чувствую.

Я осторожно взяла стакан, налила туда воды и незаметно принюхалась. Пахло солью и немного сероводородом, но Гнили не чувствовалось, совсем. И на вкус тоже. Очень интересно. Неужели лена Стэнтон приносила мне что-то другое?

– Вкусная вода, – пробормотала я, допив. – А это единственная скважина?

– Да. Водоносный слой идет почти на километровой глубине. Но скважину пробурили только одну. У нас санаторий маленький, нам больше и не надо. Вода поднимается к поверхности недалеко от лечебного корпуса. Одна труба уходит в него, вторая сюда, а третья – в небольшой цех, где воду разливают в бутылки.

– А с собой здесь можно набрать немного?

– Вообще-то нет, но для такой красивой девушки, как вы, я могу сделать исключение. – В глазах мужчины запрыгали смешинки.

Я смущенно потупилась и вытащила из сумки бутылку. Небольшую, на пол-литра, мне столько вполне хватит. Смотритель не возражал.

Набрав воды, я закрутила пробку поплотнее, чтобы ничего не выветрилось, поблагодарила мужчину и помчалась в лечебный корпус. Мне уже нужно было быть на сеансе промывки мозгов.

В кабинет доктора Кулиджа я влетела с десятиминутным опозданием. Остановилась посреди кабинета, переводя дыхание, потом бросила сумку рядом с креслом и пробормотала:

– Простите. Совсем потеряла чувство времени.

– Бывает, – улыбнулся психолог и приглашающе махнул в сторону кресла. – Как ваше самочувствие?

– Не знаю, – я дернула плечом. – Спалось сегодня плохо. Какие-то сны странные снились.

– У вас раньше была бессонница?

– Нет, никогда. Обычно я хорошо сплю.

– Что ж, – кивнул Кулидж. – Будем следить за динамикой. А пока поговорим.

Следующие полчаса психолог пытал меня вопросами о моем прошлом. Не касаясь отношений с последним женихом, он ловко выковыривал у меня то, что касалось детства, молодости, первых влюбленностей. Я с тайным удовольствием делилась теми проблемами и историями, которые мы еще вчера придумали вместе с Рианом. Причем, интересовало доктора только плохое. Да, я знала, что психологи любят работать с психотравмами, комплексами, особенно скрытыми, которые человек и сам не осознает. Но это был явно не метод Кулиджа. Казалось, он искал негатив не для того, чтобы избавить меня от него, а чтобы лишний раз напомнить. Каждое его замечание как будто было пронизано снисходительным самодовольством с легкой ноткой презрения. Его вид, его тон, даже его взгляд говорили: «Эй, да ты еще более безнадежная, чем я думал».

Вот только я была рада стараться. Изображая неуверенность и смущение, рассказывала ему о первом парне, который подло изменил мне с лучшей подругой, о придирках преподавателей в университете, о равнодушии родителей, которые последний раз звонили мне аж в прошлом году и даже не поздравили с днем рождения. Даже мое «воспоминание» о том, как у меня сдох кактус через месяц после покупки, доктор мусолил так, что оно превратилось в самую настоящую трагедию.

В общем, прессовали меня по полной. Наверное, если бы все эти события не были выдумкой, я и правда бы прониклась, очень уж мастерски доктор это делал. А закончилось все еще интереснее.

– Скажите, Соня, – прищурился Кулидж, – а вы с вашим женихом планировали детей?

– Ну да, – к этому моменту я уже была как следует «накручена», и говорила тихим прерывающимся голосом. – Мы хотели большую семью.

– Значит, дети… А вы уверены, что можете их иметь?

– Что?