Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

Идеальный мир для оценщика

Глава 1

Идеальный мир для оценщика

Никогда не радуйся раньше времени…

Именно эти слова я столько раз слышал от своего наставника, который, бедолага, целых двадцать лет учил меня, непутевого, уму-разуму.

«Чудо всегда может обернуться катастрофой», — так он тоже любил говорить. А я тогда, будучи молодым мечтателем, верил в это самое чудо и доказывал, что наставник не прав. Ну как доказывал… Впрочем, это неважно.

А важно то, что я только что умер… Это обидно, и даже очень… Хоть и не сказать что неожиданно: все-таки мне уже седьмой десяток, почтенный возраст.

Те, кто знал меня достаточно хорошо, не раз задавались вопросом, как в столь серьезном и важном человеке может жить подросток. Где намечалась авантюра — там неизменно оказывался и я. Пожалуй, всё дело было в нежелании стареть душой.

За свой характер, кстати, я расплачивался. К примеру, в сорок лет решил научиться кататься на скейте и познал магию телепортации — прямиком в травмпункт. Когда очнулся, сразу спросил, цел ли скейт. Очень уж мне понравилось… Но потом ближайшие два месяца я ездил только на коляске, чему тоже, оказалось, нужно учиться. Потом ходил на костылях, дополнительный, так сказать, опыт. А опыт я любил всей душой и телом, ведь оценщик широкого спектра — это не просто профессия, а призвание.

[Внимание! Активирован одноразовый артефакт последней помощи Аларийца.

Инициализация системы…

Перенос в безопасное место…

Откат биологической активности…

Внимание! Вы были перенесены в Аларию…

Системная установка произведена на 98%.]

Я себя считаю далеко не глупым человеком. Вообще меня, Леонарда Ларца, мало кто считал глупым, с моими-то познаниями, но вот как и что сейчас происходило — я не соображал, хоть убейте.

Впрочем, меня и правда убили…

И вот сижу я на зеленой травке и пытаюсь понять, куда же меня занесло.

— У-у-у-а-а-а-а-а! — раздался из леса вопль, похожий на вой бабуинов.

Очень сомневаюсь, что в моем городе водятся бабуины… Разве что в зоопарке живут, причем в частном.

Голова болит… Трещит, да еще эта надпись висит перед глазами. Наверное, я сошел с ума…

Ладно. Нужно что-то предпринимать, а не сидеть на попе ровно.

И только я решил встать, как сразу же приземлился обратно. Голова еще сильнее закружилась, а зрение, которое и так расплывалось (все же я очки потерял), стало совсем плохое.

— Зашибись. Еще и слепой теперь… — пробормотал себе под нос.

Хорошо… Вставать, значит, пока не будем. Но и сидеть просто так тоже неохота. А потому нужно порыться в памяти и понять, как меня могло перенести в другой мир…

Удивительно… Сколько у меня докторских написано по истории, и я сейчас всерьез размышляю про иные вселенные…

Но на это есть причины…

День начинался как обычно: я сидел в кабинете и проводил оценку целой горы византийских монет. Золотых, на минуточку — по крайней мере, так уверял владелец. На деле же половина оказались фальшивками. Какой-то умелец смешал подделки с оригиналами и впарил этакое сокровище добряку Тимофею Викторовичу. В девяностые его звали просто: «Тима, не надо!», и, думаю, не нужно объяснять почему. Боюсь, получив моё заключение, он снова вспомнит старые времена.

Ближе к вечеру нарисовались срочные клиенты. Их прислал знакомый, который вёл дела, скажем так, с теневой стороной рынка искусства. Оплата там выходила солидная, но это не главное в жизни… Я искал разгадки… Ведь сколько в мире тайн — столько и ответов, и никто до них не может докопаться.

Сегодня я прикоснулся к одной из таких тайн. Мне принесли на оценку… Я даже не знаю, как это назвать, но раньше ни с чем подобным не приходилось сталкиваться.

Целая коробка древностей, да таких, что любой антиквариат по сравнению с ними просто новодел. И главная загвоздка: я понятия не имел, что это. Три металлических диска, в центре каждого — подвижный механизм то ли с орнаментом, то ли с неизвестными символами, скорее второе. Крутились они так гладко, будто их только вчера смазывали. Зацепило ли меня?

Да еще как… Взбудоражило так, что сразу же захотелось разобраться, что это и откуда. Если это надпись, то язык незнакомый, письменность тоже… Металл опять же неизвестный науке. Чтобы это понять, мне даже не надо относить их в свою маленькую лабораторию — все ясно с первого взгляда

СЕНСАЦИЯ! Вот что ко мне попало в руки — по крайней мере, я так подумал поначалу.

Оказалось, это была моя смерть…

Те, кто принес мне это, нервничали и явно очень спешили. Но каждый знает, что торопить меня бесполезно. Впрочем, они не первые такие… Спешка — штука нужная, особенно если ты что-нибудь удачно украл и теперь пытаешься выяснить, за сколько можно это продать.

Я был законопослушным гражданином, как ни крути. Но специфика моей профессии предусматривала в том числе доступ ко всякого рода информации… А информацию, особенно секретную, я очень любил.

У нас существовала одна организация, которая заведовала черным рынком мирового масштаба — вот туда все «добро» и сносили. Там было плевать, у кого ты это утащил, хоть у самого правительства. Полагалось просто связаться с ними, назвать товар и цену. Получил согласие — считай, жизнь удалась. Оставалось только доставить посылку в тайник. Координаты, конечно, давали, но, насколько я знаю, одну и ту же точку дважды никогда не использовали.

Поэтому все вечно спешили. И вот что забавно: все эти люди нуждались во мне. У организации было железное правило: не тратить время на всякую хрень. Хоть раз притащишь им мусор — и всё, ты в черном списке. Навсегда. Можешь сколько угодно молить о прощении, но работать с тобой уже не станут.

Гениальное правило, должен признать. Из-за него оценщики ценились на вес золота, и почти все мои конкуренты на нем погорели. Стоило им ошибиться разок-другой, и к ним больше никто не приходил. А чаще их просто убивали.

Я же с гордостью носил звание оценщика, который не ошибается. Хотя, с другой стороны… Когда принял тех троих с коробкой, наверно, все же допустил ошибочку.

Жалею ли я, что умер? Наверно… И то только потому, что так и не успел как следует изучить принесенные мне вещи. Только я углядел закономерности во вращающихся элементах, как в кабинет ворвались эти трое, ожидающие в коридоре, и потребовали ответов,